Qochari - Fidai

Арам Манучарян

 

«В те дни армянин взял в руки оружие и освободил свою землю. Идея, дух - вот что было самое главное! Когда смотришь на Шушинские высоты, они кажутся неприступными, и невольно задаешься вопросом: как их можно было взять? И все же простой армянин взял их!».
Это слова Арама Манучаряна. В дни Арцахской освободительной борьбы он отвечал за боевые отряды Армянской революционной федерации «Дашнакцутюн» (АРФД). В
 его обязанности входило формирование, обучение отрядов, планирование и оществление боевых операций.

4b7924e8c8c3a15022010.jpgКстати, именно на основе этих отрядов впоследствии был создан Отдельный Шушинский батальон под командованием Жирайра Сефиляна.
До 1992 г. А.Манучарян был в Арцахе, руководил проведением нескольких боевых операций.

В 1993-94 гг. занимался в основном боевой подготовкой отрядов.


Участвовал в освобождении Шуши. Награжден медалью «За освобождение Шуши».


В 1994 г. демобилизовался.


После 1998 г. не имеет никакого отношения к АРФД и категорически отрицает возможность этого.

Арцахская эпопея была не войной - борьбой. Потому что мы не воевали, мы утверждали свою самостийность. В то время самыми главными были ценностная система, человеческие взаимоотношения, отношение людей как друг к другу, так и к освободительной борьбе вообще. В те дни каждый проявлял себя по-своему. Правда, случалось и хорошее, и дурное. Хотя… дурного не было, только хорошее. Дни тоже были хорошими. Было темно, холодно, но людей грела не печка, а общение друг с другом. Сейчас все есть, а вот теплоты не стало.


Что касается военных действий, мол, где что было, как стреляли, как все происходило,- то, по моему глубокому убеждению, это не та тема, о которой стоит беседовать. В конце концов, война забирает человеческие жизни, а человеческая жизнь - величайшая ценность. И нельзя хвастаться или представлять, что и как было.


Я не люблю говорить о войне, вспоминать разные случаи. Я думаю, это просто технология самозащиты. Война для меня - это нечто жестокое и бесчеловечное. Ее лицоЕраблур. А то, что было жестоко и бесчеловечно, я пытаюсь отодвинуть подальше от себя, чтобы потом быть в силах сделать то же самое. Хотя, упаси Господь, чтобы мы снова оказались перед такой же задачей.


В 1989-м я вернулся в Армению. В те времена существовала партия под названием «Национальная независимость». Отец решил, что я должен вступить в нее. Я пошел туда. Оказалось, никакая это не «Национальная независимость», а дашнакцаканы. Вот так и вступил я в эту структуру. Честно говоря, не жалею, потому что в те времена Дашнакцутюн действительно занималась освободительной борьбой и особенно Арцахом. В Армении приграничные районы были защищены лучше. В Армении царила такая атмосфера, что если б в Ерасхаване, не дай Бог, какой-нибудь турок выстрелил, то вся Армения собралась бы и двинулась в Ерасхаван! А в Арцахе положение было сложнее. Дорог не было, границы перекрыты. Кое-как добирались туда.


Самыми вдохновляющими были моменты, когда наши отряды освобождали территории, освобождали пусть даже одно село, хотя бы один дом, пядь земли, которую Господь изначально даровал нам.

В начальный период у нас не было боевых единиц.
Воевали - и хорошо воевали! - тем, что попадало в руки - самодельным оружием, противоградовыми установками.
Была идея, мы знали, за что сражаемся, было стремление, а самое главное - была

правильная система ценностей, и она была незыблемой.После освобождения Ходжалу в плен попало множество азербайджанцев, в то м числе женщины и дети. Мы держали их в нашей казарме. Мой друг Вардан Степанян (Душман) кормил их. Ухаживал как за родными. Ну и что, что враги, говорил он, люди же!

4b792352e44ea15022010.jpg

 


Самое главное на войне - чтобы солдат оставался человеком.

 

 Когда солдат превращается в скотину, то становится злом.
А вообще-то война меняет в человеке все, ломает и калечит все возвышенные идеалы, высокие чувства. Потому что ты видишь смерть, беспомощность… «Благодаря» войне ты набираешься отрицательных зарядов. И если ты оказываешься в силах избавиться от всего этого, то твоя ценность как человека еще более возрастает.

 


Не могу сказать, кто выдержал испытание войной, а кто нет. Мне кажется, даже в самых плохих осталось что-то хорошее. А вот в случае азербайджанцев это исключается, потому что у них не было никаких принципов. Война для них не была ни национально-освободительной, ни какой-то другой.


Я малость националист. По моему глубокому убеждению, когда человек безроден, не имеет национальности, как азербайджанцы, то не может иметь принципов и идей. А азербайджанцы - гибрид монголо-татар, персов и прочих народов. Последние двадцать лет я слежу за тем, как азербайджанские газеты прославляют образ азербайджанского солдата - тогда как в этой стране солдата превращают в робота. А наши с самого же начали были воинами и воевали всей душой и сердцем, воевали во имя идеи, во имя родной земли. Это и было главным залогом нашей победы.


И еще об азербайджанцах. Мой отец, Александр Манучарян, при коммунистах был политзаключенным. В 1979-м он был осужден на 7 лет. Он говорил, что у азербайджанцев, в отличие от всех других наций, никогда не было диссидентов, что свидетельствует об их рабском сознании.


Во время войны у нас не было ни профессиональной армии, ни профессиональных солдат. Воевал простой армянин. Человек, который 70 лет работал на заводе, был хорошим токарем, но в душе которого всегда жило стремление освободить свою землю. У Дашнакцутюн были отряды чуть ли не от каждого села. Крестьяне, рабочие, интеллигенция - все поднялись, для всех это была священная борьба.


И знаете, что интересно? Казалось бы, трудно организовать, направлять не приученных к воинской дисциплине людей. Но если кого-нибудь назначали командиром или он сам выступал в качестве такового, то его слушались, признавали.


В первые времена вопрос с оружием и боеприпасами стоял очень жестко. Мы воевали охотничьими ружьями и «алазанями». Это такие ракеты, которыми стреляют в небо, чтобы рассеять градовые облака. Мы вытаскивали из них химические реагенты, наполняли взрывчаткой и стреляли. Этими ракетами мы нанесли туркам огромный урон. Когда обстреляли ими село Лесное- турки называли его Мешали, хотя на карте значилось «Лесное»,- то на турецких позициях поднялся вой: что за оружие, откуда бьют?..

На первых порах добывали патроны где придется - ребята ездили покупать их в Россию. Потом доставили большое количество боеприпасов. А чуть позже вопрос оружия вообще отпал. Когда здесь все перешло в руки «революционеров», в Арцах посылалось довольно большое  количество оружия и боеприпасов.


Надеюсь, что дух тех времен сейчас просто дремлет. И если нужно будет, то этот дух пробудится вновь. Не знаю почему, но армяне только в самые критические моменты осознают, что надо объединиться.

Самая важная задача на сегодня - сохранить дух и сознание народа. Если сохраним, то и Арцах останется нашим, и протоколы не будут ратифицированы.

                                   4b7928930da0a15022010.png

 

 
Panel title
Antal besøg: 37426

Lav en gratis hjemmeside på Freewebsite-service.com

Editing

-0,4848198890686sekunder